Лембит Ульфсак: от «Легенды о Тиле» до «Мандаринов»

Rus.Postimees.ee

Читайте одно из последних интервью легендарного актера

22. март 2017 17:58

Лембит Ульфсак рассказывает о фильме «Мандарины» в Эстонском доме Лос-Анджелеса. | ФОТО: Михкель Марипуу

Звезда фильмов «Мэри Поппинс, до свидания!», «В поисках капитана Гранта», «Легенда о Тиле», «Радости среднего возраста», «Мандарины» и многих других скончался сегодня на семидесятом году жизни.

Предлагаем вашему вниманию интервью, которое легендарный эстонский актер театра и кино дал журналисту Николаю Караеву в рамках программы ETV+ «25-й кадр» в апреле прошлого года. В последние годы Лембит Юханович давал интервью очень редко, и эта беседа с ним – одна из последних для эстонских СМИ.

Заза Урушадзе, режиссер фильма «Мандарины», который получил номинацию на «Оскар» и в котором Лембит Юханович сыграл главную роль, Ульфсака почти боготворит: «Лембит – талантливый актер, но вдвойне приятно, когда актер – и это, увы, нечасто бывает, – интеллектуал, образованный человек. Когда общаешься, это видно по глазам. И с экрана это видно тоже. Бывают другие актеры: они все делают вроде правильно, но взгляд у них пустой. А во взгляде Лембита видна мысль, и это важно. У него получилась прекрасная роль…»

Как хороший грузинский фильм

– В интервью газете «День за Днем» Заза Урушадзе сказал, что перед съемками вас даже опасался: «Я как режиссер всегда говорю актерам, что они должны делать, как двигаться, и я боялся, что в случае с Лембитом будет проблема – он все-таки известный актер, опытный, может, он не любит так работать, а я не могу иначе… Но проблемы не было, мы отлично сработались». Вы – актер демократичный?

– Я далеко не демократичен во всем… У Зазы все, что он говорил, писал и думал, мне подходило, потому что было талантливо. Даже если в мыслях я с ним спорил, все равно было понятно, что он о фильме знает больше меня. Я больше думал о возрасте моего героя, возраст подсказывал мне какие-то действия. А Заза думал о целостности картины. Так что я был с ним во всем согласен.

– «Мандарины» – картина про абхазских эстонцев, которые, я подозреваю, сильно отличаются от эстонских эстонцев. Насколько вы это учитывали, когда готовились к роли?

– Отличаются, может быть, привычки и язык, но не характеры. Перед съемками мы с Эльмо Нюганеном немножко анализировали язык, которым говорят персонажи, и нашли какие-то нюансы, которые потом использовали.

– «Мандарины» снимали в Гурии, самом эмоциональном регионе Грузии, и Заза рассказывал, что первые недели эстонская группа в Грузии привыкала к местной обстановке…

– Мне лично грузинский темперамент очень понравился. Первые дни они много кричали друг на друга – оказывается, нежные слова друг другу говорили! Только громко, иногда это мешало сосредоточиться. Но в итоге, когда мы уехали из Грузии, нам казалось, что чего-то не хватает. Грузины работали очень страстно – и разговаривали так же. Их споры смотрелись как хороший грузинский фильм: у них и мимика другая, и руками они машут… Очень мило!

– Это правда, что через две недели эстонцы стали кричать так же, как грузины?

– Да. Сначала мы как будто повторяли эту манеру общения и немножко над ней иронизировали, а потом, действительно, стали по утрам немного громче говорить «здрассьте».

– С какими чувствами вы сидели на церемонии вручения «Оскара»?

– (Пауза.) Мне все эти церемонии… Мы за месяц до «Оскара» были на «Золотом глобусе», там обстановка намного торжественнее и демократичнее тоже. И интереснее. Тогда у меня еще были мысли – а вдруг?.. А на «Оскаре» я сидел спокойно, понимая: номинаций – достаточно. Абсолютно не переживал. Я был очень рад, что «Оскара» получил хороший польский фильм «Ида» Павла Павликовского.

– В «Мандаринах» заклятых врагов – грузина и чеченца, воюющего за абхазов, – мирит общий враг, плохие русские. Режиссер говорит, что этого требовали законы драматургии: нужна была третья сила, не более. Каково ваше отношение к этому моменту?

– Я сначала вообще не обращал на это внимание. Там ведь и правда были такие войска. Это был рудимент советскости, что ли… Война началась на фоне распада СССР, и у советской армии, которая потом стала российской, остались прежние принципы. Мне кажется, России вообще не нужно было воевать, чтобы стать Россией, но им этого было мало – и они присутствовали в Абхазии довольно активно. Если анализировать ситуацию – да, это может вызвать у некоторых людей какие-то вопросы. Но все это было на самом деле. Когда я пересматривал «Мандарины» в последний раз, обратил внимание на то, что эти русские действительно довольно грубы и бескомпромиссны. Однако Заза говорит правильно: если бы третьей силы не было, у фильма был бы совсем другой смысл.

Тиль, Паганель, мистер Эй…

– В 2010 году вы были гостем передачи ETV «Треугольник» и вместе с покойным дирижером Эри Класом говорили о необходимости налаживать культурные мосты с Россией. Возможны ли сегодня здоровые творческие связи, если учесть, что идет пропагандистская война, причем со всех сторон – и люди искусства вовлекаются в эту войну тоже?

– Мне тяжело об этом говорить, потому что хочется остаться политкорректным. Нельзя равнять народ, язык, культуру – и политическую систему. Современную российскую политическую систему я не воспринимаю, но это не мешает мне читать Сорокина, восхищаться фильмом «Левиафан»… Я не так давно был в Санкт-Петербурге, мне вручали награду «Балтийская звезда», и в зале собралась петербуржская интеллигенция – это один народ. Потом я возвращался в Эстонию на автобусе, выходил на таможне, там были российские полицейские, чиновники – это совершенно другой народ… Вообще же участвовать в культурном процессе нужно осторожно. Их телевидение и пропаганда – хитрая система, тебя могут запросто использовать. Так что я просто остаюсь в стороне.

– Известность пришла к вам в советское время благодаря таким ролям, как мистер Эй из «Мэри Поппинс, до свидания!», Паганель в телесериале «В поисках капитана Гранта», Тиль Уленшпигель в «Легенде о Тиле». Насколько школа советского кино была для вас ценной?

– Тогда мы все жили в совершенно другом мире. Казалось, что этот мир огромен. Сниматься в Москве или Ленинграде – это было большое везение. Кроме того, мне с ранней молодости было очень интересно общаться с русскими актерами. Русское кино было выдающимся в мировом масштабе, русские фильмы были очень известны на Западе.

Все картины, которые вы перечислили, хоть что-нибудь да изменили в моей жизни. После «Легенды о Тиле» на меня стали обращать внимание. Картина «В поисках капитана Граната» принесла мне популярность: я помню, как меня стали узнавать, для молодого человека это было новое чувство. А «Мэри Поппинс» – это был хит. Я бы не сказал, что это художественная удача, но фильм до сих пор популярен, и песни из него – уже классика. Несколько лет назад я как-то вошел в ресторан, музыканты меня увидели – и начали играть «Тридцать три коровы»… Хотя я пел не сам, а просто двигал губами под фонограмму, публика думает, что песни исполняю я. Но самым интересным фильмом для меня был, пожалуй, «В поисках капитана Гранта» Станислава Говорухина: отличная компания, путешествия. И результат был очень милый, по-моему.

– Не так давно вы снялись у Станислава Говорухина в фильме «Конец прекрасной эпохи». Как прошло ваше творческое воссоединение?

– Говорухин мне очень нравился уже на съемках «Капитана Гранта». Заочно мы были знакомы давно – он когда-то женился на моей бывшей невесте… Он человек умный, интересный, ироничный. Он ко мне очень хорошо относился. Когда мы снова встретились, я был очень рад, хотя и понимал, что теперь Говорухин – главный консультант по культуре господина Путина, был главой его предвыборного штаба. Мы говорили и об этом тоже, но очень мало – умный человек таких тем не касается. Говорухин сохранил свое остроумие, но стал весьма хитрым политиком. Благодаря этому он занимает хорошее положение, чего, наверное, всю жизнь и добивался.

Я – в партии Вуди Аллена

– С распадом СССР ушла в прошлое и часть вашей карьеры. Многие фильмы с вашим участием прочно забыты: «Повесть о чекисте», «Маршал революции», «Вкус хлеба», «От Буга до Вислы»…

– Я даже забыл, что снимался в этих фильмах. Они были – не политические, нет, просто очень советские. Я в них всегда играл если не эстонца, то немца или поляка, в общем, иностранца. Меня звали не потому, что я член комсомола, а потому, что я им подходил по типажу. Скажем, в «Маршале революции» я играл литовского маршала Уборевича, и у меня был диалог с эстонским командармом Корком – забавная ситуация. «Повесть о чекисте» – название кошмарное, в прежней Эстонской Республике я получил бы за участие в таком кино десять лет ссылки. (Смеется.) Но это был мой дебют, и играл я немецкого мальчика по имени Володя Мюллер. В конце фильма он повесился в оккупированной Одессе…

– В спектакле «Братья Карамазовы» Эстонского театра драмы вы играете старца Зосиму, которого сам Достоевский считал «идеальным христианином». Это трудно – играть почти святого человека?

– Хороший вопрос… Объем роли в спектакле невелик, у меня там один монолог – о вреде вранья. Думаю, я играю больше возраст. Зосима очень стар, и мне интересно, как это изобразить технически. Ничего святого во мне нет, мне тяжело в себе искать святое, может, я изображаю его фальшиво… (Смеется.) Главное ведь, чтобы зритель поверил ситуации, которая создается на сцене.

– В вашей жизни был период, когда вы сами ставили фильмы и спектакли, в том числе классику эстонского кино – «Радости среднего возраста». Почему вы перестали ставить?

– В театре меня интересовала только философия комедии, и, видимо, я нашел ответы, которые искал. В кино я работал бы как режиссер и дальше, но не было подходящих сценариев – и время тоже ничего не подсказывало. Если честно, теоретически профессия режиссера мне нравится, но на практике эта работа мне чужда – я не люблю командовать людьми. Режиссер – как дирижер, он по сути диктатор. Мне это, я помню, мешало, диктаторских черт характера во мне мало. Но благодаря режиссуре мне стало куда яснее, как надо играть, – я анализировал прежде всего свои роли.

– Вы востребованы и в театре, и в кино, сыграли не только в «Мандаринах», но и в «Крысоловке», и в «Фехтовальщике». Все ли хорошо в эстонском кино? Хватает ли нам комедий?

– Комедии бывают разные. Есть Вуди Аллен – и есть американские комедии про задницу. Про задницу мне неинтересно. Вуди Аллен мне очень интересен, это один из любимых моих режиссеров, так что я в партии Аллена. Думаю, в Эстонии такие картины не востребованы и не нужны. Боюсь, Аллен и в США не очень нужен – это такое элитарное кино. Что до современного эстонского кинематографа, я его плохо знаю – тематика ведь в основном молодежная, вообще кино – профессия молодых. Из картин, которые я видел в последние годы, мне понравился фильм «По грибы»: со вкусом сделано, отлично сыграно, точная дозировка комедии. Но это было уже давно. Черт его знает, что они там сейчас делают…

Смотрите телеверсию интервью с Лембитом Ульфсаком в видеоклипе внизу.

Справка Rus.Postimees.ee:

Лембит Юханович Ульфсак родился 4 июля 1947 года в Коэру. Окончил актерский факультет Таллиннской консерватории (1970).

С 1971 года – актер Эстонского молодежного театра в Таллинне, с 1978 года – Эстонского театра драмы. С 1985 по 1994 год был актером киностудии Tallinnfilm.

Сыграл более чем в 70 кино– и телефильмах, в их числе – «Дон Жуан в Таллинне» (1971), «Легенда о Тиле» (1976), «Арабелла – дочь пирата» (1982), «Мэри Поппинс, до свидания!» (1983), «ТАСС уполномочен заявить…» (1984), «В поисках капитана Гранта» (1985), «Питер Пэн» (1987), «Радости среднего возраста» (1987), «Исаев» (2009), «Мандарины» (2013).